За бесклассовое и безгосударственное общество!

Блог tenox совместно с блогом rgfront и группами Sozialer Widerstand (Социальное Сопротивление, Нюрнберг), Soziale Befreiung (Социальное Освобождение, Бад Зальцунген), Bibliothek des Widerstandes (Библиотека Сопротивления, Любек) из Германии, а также Sociaal revolutionaire beweging (Социально-революционное движение, Гронинген, Голландия) является частью интернациональной социально-революционной сети.

Конечно, революционная программа это нонсенс, т.к. революции происходят не согласно программ, а имеют свою внутреннюю социальную динамику. Но тем не менее какие-то рамки ориентира для революционеров и революционерок должны быть. Наша статья «Борьба против капитализма» также носит «программный» характер и может быть полезна при радикализации сознания.

Борьба за бесклассовое общество является антиполитичной, т.к. любая форма политики, будь она левой, правой или центристской означает всего лишь управление капиталистической нищетой, она является частью организации нужды, зависимости и отчуждения. «Революционная» политика – это еще один из способов политической борьбы за власть. Она уже проявила свой настоящий характер, например, в России в 1917 г. и в Испании в 1936 г. и показала свою несостоятельность освободить людей от капитализма. Революционная политика является частью проблемы настолько, насколько она не может быть частью ее решения.

Борьба за бесклассовое общество является антиидентичной, т.к. любая идентичность при капиталистических отношений – это продукт уже имеющихся и соответственно отправная точка новых расхождений и расколов. Это означает, наша борьба одновременно является и антипролетарской, и антибуржуазной. Идентичности уменьшают нас и привязывают к системе и являются продуктами самой системы. Развитие человеческой идентичности возможно лишь по ту сторону капиталистической экономики. Речь идет не о том, чтобы стать рабочим или кем то другим, а о возможности стать полноценным человеком и не переставать им быть. Поэтому, не может быть также и речи о господстве рабочего класса, поскольку коммунизм есть упразднение всех классов.

В нашей очередной статье о новейшей истории Ирана мы продолжаем рассказывать в частности о так называемом «Зелёном движении» 2009 г. и о положении в это время в стране. В статье также присутствует экономический анализ промышленности, строения и состава пролетариата и классовых противостояний в исламской республике. Красной линией в статье проходит социально-революционная критика «антиимпериалистических» левых, мелкобуржуазно-политических уличных движений, западного империализма прав человека и тоталитарной демократии.

В продолжении статьи Иран: Новое начало? радикально-марксистский журнал Wildcat писал следующее: «Рост доходов с продажи нефти позволил режиму Ахмадинежада отреагировать на усиление политической изоляции и начало экономических санкций расширением государственной экономической политики. Но согласно парламентскому расследованию только 38 % из 19 миллиардов долларов, потраченных на „быстродействующие проекты“, фактически создали новые рабочие места, а остальная часть ушла по другим каналам, особенно на спекуляции с недвижимостью. В результате очень высокой инфляции те классы, которые не получили государственных субсидий, стали еще более бедными. Мыльный пузырь на рынке недвижимости лопнул весной 2008 г., когда правительство запретило всей банковской системе предоставлять новые ссуды на недвижимость. Результатом стало резкое падение спроса на жилье. В результате не только торговцы недвижимостью, но и общественные учреждения и государство остались с просроченными кредитами. Банки в свою очередь остались с непогашенными кредитами на сумму около 27 миллиардов долларов, которые они не получили обратно, и они больше не возвращают свои долги центральному банку. Долг центрального банка и, следовательно, государства вырос с сентября 2007 г. по сентябрь 2008 г. на 106 %. В результате государство перестало платить своим поставщикам и многим сотрудникам или платило им с опозданием. С другой стороны, банки резко сократили кредитование экономики. Заморозка выдачи кредитов снизила спрос на инвестиционные проекты и потребительские товары и усугубила кризис.( Collapse )

Вo второй статье об «Исламской революции» в Иране мы представили хронологию событий после прихода Хомейни к власти, наступления исламской контрреволюции и реакционной роли «антиимпериалистической» идеологии мелкобуржуазных левых. Мы также подробно остановились на давлении крупнейших империалистических держав на Иран в вопросе ядерной программы и на сложившейся политической и экономической ситуации в стране до и после волны протестов в 2009 г.

Продолжим рассмотрение статьи Иранская революция 1979 г. из журнала Wildcat: «Президент США Картер в своих мемуарах жаловался на то, что муллы его обманули. Фактически, Февральское восстание вынудило режим радикализироваться и начать разыгрывать антиимпериалистическую карту. Если сегодня прочитать, что в то время муллы говорили и делали, то становится ясным, что они испытывали сильное давление; они боялись, что если они ничего не сделают, то все взорвется. „У многих имелись левые идеи против США, против капиталистов и т.д. - мы должны были действовать!“ На этом этапе антиимпериалистическая идеология была важнее религии.

Например, вскоре после Февральского восстания иранские народные партизаны-фидаины захватили посольство США. Тогдашний министр иностранных дел исламского правительства быстро бросился наводить порядок. Эта попытка не дала желаемый эффект. Через девять месяцев свои же происламистские студенты однозначно получили сигнал сверху на захват посольства. После того, как посольство США было оккупировано, большая часть левых столкнулась с дилеммой: „что нам теперь делать? Мы не можем просто стоять в стороне, если студенты займут американское посольство!“ Еще девять месяцев назад левые сами скандировали: „После шаха США!“ Вот почему многие левые приняли участие в захвате посольства. Антиимпериализм на практике означал поддержку „антиимпериалистического“ режима. Позже многие левые приняли участие в „оборонительной войне“ против Ирака (с сентября 1980 г. по август 1988 г.) и в подавлении революционного движения - до тех пор, пока режим также не арестовал и не казнил их. С самого начала Хомейни агитировал против студентов и особенно против женщин. Но многие левые хотели видеть в нем борца с США, антиимпериалиста!( Collapse )

Во второй части текста Инструментализация пролетариата со стороны правящего класса в борьбе за власть мы начинаем серию статей о так называемой «Исламской революции» в Иране. В сегодняшней статье на основе рассказа одного из участников этих событий мы постарались представить предысторию свержения шаха, динамику сопротивления пролетариата и усиления влияния и силы исламистов и исламисток в Иране до прихода к власти режима мулл и в самом начале их власти. В статье также присутствует критика тактики и практики левой герильи, а ещё мы подробно остановились на описании пагубности для пролетариата иметь иллюзии относительно политических сил, будь то левые, правые или центристские.

Так называемая «Исламская революция» 1979 г. в Иране является особым примером инструментализации классовой борьбы пролетариата со стороны правящего класса во внутрикапиталистической борьбе за власть. Правящий до 1979 г. шах Мохаммед Реза Пехлеви был марионеткой американского империализма и гарантом доступа США к иранской нефти.

Свержение шаха 16 января 1979 г. стало возможным только благодаря классовой борьбе пролетариата. Вот что писал один изгнанный из Ирана товарищ в радикально-марксистском журнале Wildcat о сопротивление иранских рабочих и работниц в конце 1960-х - начале 1970-х гг.: «Одной из важнейших забастовок была стачка водителей автобусов в 1968 г. В ответ на попытку властей поднять плату за проезд началась забастовка студентов, школьников, пассажиров, водителей автобусов и работников общественного транспорта, которая завершилась победой и решение было отменено. В 1971 г. в Тегеране объявили забастовку текстильщики, которые провели свой знаменитый марш. Полиция и Савак (служба внутренней безопасности Ирана с 1957 по 1979 гг.) открыли огонь по демонстрантам и убили десять рабочих.

Незадолго до этого в Иране началось движение городской герильи, которое, „будучи маленьким маховиком, запустило большой“. Городские партизаны утверждали, что демонстрация работников текстильной промышленности подтверждает их концепцию („Наше движение принесло свои плоды“). Однако связь между иранской герильей и рабочим движением была искусственной. Рабочая борьба возникла независимо от городской герильи.( Collapse )

Во втором тексте Записoк о классовой борьбе мы проанализируем инструментализацию пролетариата во внутрибуржуазной борьбе за власть. В качестве примеров мы бы хотели привести государственный переворот Пилсудского в Польше и так называемую «исламскую революцию» в Иране. Особенно на примере Ирана мы резко критикуем глобальную социально-реакционную практику мелкобуржуазных политических левых в деле использования и приведения в жертву пролетариата ради своих корыстных «союзов» с буржуазией. В сегодняшней статье мы рассмотрим переворот Пилсудского в Польше в 1926 г., а про Иран будут наши следующие статьи.

Очень часто правящий капиталистический класс в борьбе за власть использует пролетариат как массу для манёвров, мобилизует и инструментализирует его против его собственных социальных интересов. Так, например, государственный переворот Пилсудского в Польше в 1926 г. против своих буржуазных конкурентов оказался успешным только благодаря мобилизации и использованию им в своих корыстных целях части рабочего класса.

В конце 18 - начале 19 века Польша была разделена между Пруссией, Австрией и Россией, однако восстановила свой статус независимого национального государства во время политической реорганизации Европы после Первой мировой войны. После возвращения в 1918 г. из изгнания Юзеф Пилсудский становится первым демократическим президентом Польши. Однако в 1922 г. ему пришлось столкнулся с острой внутридемократической конкуренцией, в результате чего ему пришлось подать в отставку. До прихода к власти Пилсудский принадлежал к Польской социалистической партии (ППС), которая стояла на позициях одной из разновидностей национально-частнокапиталистического мелкобуржуазного социализма. Даже после разрыва с ППС Пилсудский все ещё обладал достаточным авторитетом среди наёмных работников и работниц, чтобы с их помощью в 1926 г. вернуть себе власть.( Collapse )

В нашей заключительной статье o классовой борьбе и уличном демонстрационном движении мы бы хотели пролить свет на связь между революционной реорганизацией производственного процесса и уличным демонстрационным движением во время возможного переходного момента от классовой борьбы пролетариата к его революционному самоупразднению. Всё это возможно только путём критической переоценки как революционных тенденций воспроизводительной классовой борьбы, так и прошлых социально-революционных ситуаций.

Самоорганизация пролетариата как часть классовой борьбы в производственном процессе может быть, например, связана с индивидуальным и коллективным незаконным присвоением средств производства. Во время этого временного фактического присвоения средств производства работницы и рабочие, когда начальники и начальницы не смотрят, производят вещи или услуги для собственных нужд и потребностей. Это возможно как в традиционных ремесленных профессиях, так и на современных оборудованных компьютерами рабочих местах. Хотя средства производства официально остаются собственностью капитала, тенденциально пролетариат фактически уже присваивает их. Очень часто в борьбе рабочих против закрытия предприятий, которая в значительной степени развивалась на всё ещё приносящих прибыль капиталистам рабочих местах и в изоляции от классовой борьбы пролетариата, происходила оккупация предприятий и возникновение мелкобуржуазно-коллективной формы товарного производства. Эти оккупации предприятий, как, например, в Аргентине в 2001 г. или в Германии (Нордхаузен) (См. Анархизм и самоуправление) в 2007 г. мелкобуржуазные левые традиционно расхваливали и расхваливают как «самоуправление», при этом полностью игнорируется тот факт, что в этом случае происходит производство товаров для капиталистического рынка и в значительной степени воспроизводство старой иерархии организации труда. Здесь мы имеем на лицо следующий парадокс: невидимый незаконный процесс присвоения средств производства, при котором официально сохраняется право собственности капитала на средства производства, гораздо более прогрессивен, чем пролетарское «самоуправление» предприятий в рамках мелкобуржуазного коллективного товарного производства с последующей легализацией этого со стороны государства.( Collapse )

Мы продолжаем серию статей под общим названием «Классовая борьба и уличное демонстрационное движение». Сегодня мы бы хотели рассказать о системе образования в Германии, движении школьников и школьниц в 2007-2008 гг. в этой стране, а также о воинственном движении учителей и учительниц в мексиканском штате Оахака в 2006 г. В статье также присутствует социально-революционная критика государственной системы образования в целом и приводится перспектива самоопределящегося и творческого обучения в бесклассовом и безгосударственном обществе.

Здесь мы бы хотели рассказать о реально существующем движении школьниц и школьников в Германии и о системе образования в этой стране в целом. В Федеративной республике Германия в каждой из земель действует свой закон об образовании, т.е. система образования организована федеративно. Как известно, федерализм является идеалом мелкобуржуазных демократов и демократок, в том числе анархо-синдикалистов и анархо-синдикалисток, но в практике буржуазного властвования федерализм не менее реакционен, чем централизм, что особенно хорошо видно на примере системы образования ФРГ. Профсоюз работников сферы образования и науки (GEW) в своих заявлениях говорит о «раздробленности немецкого образования», однако единая централизованная государственная система образования была бы также принципиально не более прогрессивной, чем федеративная, поскольку она также неизбежно стала бы воспроизводить капиталистические отношения и буржуазное государство.( Collapse )

Вo второй статье о классовой борьбе и уличном демонстрационном движении мы сравнили социальные и политические демонстрационные движения. В частности, мы рассмотрели причины поражения пролетарского движения в 1953 г. в Восточной Германии, причины победы «мирной революции» в ГДР 1989/90 гг., а также динамику и тенденции молодёжного бунта в районе Ливерпуля Токстет в 1981 г. В статье также присутствует уничтожающая критика всего политтеатра мелкобуржуазных политических правых и левых.

В дополнение к пролетарским уличным движениям, которые происходят во время прекращения работы, существуют также уличные движения рабочих и работниц, которые проходят в нерабочее время, после работы или в выходные дни. Эта форма пролетарского уличного движения больше не связана напрямую с классовой борьбой пролетариата в производственном процессе. В результате этого оно может достичь гораздо меньшего социального воздействия, и такие пролетарские уличные движения быстро становятся местом сборищ левых, центристских и правых политиков.

Тот факт, что пролетарское уличное движение в нерабочее время доминирует над гораздо более радикальным в рабочее время, свидетельствует об относительной слабости классовой борьбы на Западе и в странах бывшего СССР. На этих демонстрациях, организованных профсоюзами, как правило царит атмосфера уважения к закону, порядок и атмосфера социального партнерства между профсоюзными боссами и социал-демократическими политиками. Хотя на этих шествиях пролетарский базис также демонстрирует своё недовольство по поводу действий «своих представителей», профсоюзы и левые партии по-прежнему в значительной степени контролируют классовую борьбу пролетариата и социальные уличные движения рабочих и работниц.( Collapse )

Записки о классовой борьбе - это нерегулярная серия текстов о глобальном противостоянии пролетариата с капиталом, государством и патриархатом в промежутке между 18 - 21 вв. В первом тексте этой серии мы бы хотели рассказать о взаимодействии между пролетарской классовой борьбой и надклассовым демонстрационным уличным движением. При этом мы чётко различаем пролетарские и надклассовые демонстрационные уличные движения. Пролетарские уличные движения являются частью классовой борьбы, что нельзя сказать о надклассовых уличных движениях. При этом пролетарские революционеры и революционерки не должны оппортунистически или сектантски отгораживаться от важных надклассовых уличных движений, таких как, например, движение школьников и школьниц.

Анализируя взаимодействие между пролетарской классовой борьбой и различными уличными движениями низших слоёв общества, мы бы хотели сначала рассмотреть социальное уличное движение рабочих и работниц как часть классовой борьбы пролетариата. Социальное демонстрационное уличное движение рабочих и работниц во время рабочего времени, т.е. забастовки, является наиболее радикальной и мощной формой пролетарской классовой борьбы. Ярким примером такой борьбы является восстание восточногерманских рабочих и работниц 17 июня 1953 г. Строители и строительницы на аллее Сталина друг за другом покинули свои стройки и забастовка вылилась в мощную демонстрацию. Забастовка как классовая борьба пролетариата в производственном процессе и мощная демонстрация как форма уличного движения соединились воедино. Прекращая работу, рабочие и работницы шли на следующую стройку, снимая своих коллег с работы для участия в демонстрации - огромный поток пролетарских масс привёл большинство класса в движение. Всё это движение было организовано восточногерманскими пролетариями и пролетарками самостоятельно, без профсоюзов и «рабочих» партий.( Collapse )

В нашей заключительной статье о послевоенном революционном кризисе в Германии 1918-23 гг. содержится рассказ о теоретическом наследии этого значимого для истории классовой борьбы пролетариата события. В статье приводится критика деятельности и сущности марксистско-ленинистских сект, анархо-синдикалистских профсоюзов и мелкобуржуазных левых. Также мы подробно остановились на действиях промышленных союзов AAUD и AAUE во время послевоенного революционного кризиса, указали на допущенные ими ошибки в организационных вопросах после победы контрреволюции и рассказали о возможной организации социально-революционных групп в нереволюционные и революционные времена.

Чтение брошюры Oтто Рюле От буржуазной революции к пролетарской образца 1924 г. всегда доставляет огромное удовольствие. Она является настоящей жемчужиной марксистской теории. В ней Рюле удалось теоретически точно и выразительно обработать и передать всю интеллектуальную гибкость и практическую последовательность всего опыта послевоенного революционного кризиса. Этот труд, несомненно, является интеллектуальным наследием послевоенного революционного кризиса. Наследием, которое мы последовательно и бескомпромиссно защищаем от социально-реакционного идеологического мусора, которым мелкобуржуазная левая политика духовно загрязняет окружающую среду. Однако сегодня защита интеллектуального наследия послевоенного революционного кризиса означает - выход за рамки теории Рюле.

Важнейший практический результат послевоенного революционного кризиса Рюле сформулировал в 1924 г.: «Самым большим уроком для пролетариата, исходящим из событий немецкой революции начиная с 1918 г., стал тот факт, что сегодня партия и профсоюзы являются самыми большими препятствиями для пролетарской революции.» (Отто Рюле, Von der bürgerlichen zur proletarischen Revolution (От буржуазной революции к пролетарской), издательство am anderen Ufer, Дрезден 1924 г., стр. 4) Это сформулированное Отто Рюле в 1924 г. осознание реакционности и непригодности для классовой борьбы пролетариата и для социальной революции партий и профсоюзов, было тысячу раз подтверждено последующим ходом истории. Вот почему мы бескомпромиссно защищаем его наследие от всех нападок партийного марксизма, институционализированного рабочего движения и анархо-синдикализма.( Collapse )