Category: политика

Сильные и слабые стороны движения советов 1918/19 гг. Часть 2

Революционные матросы Киля во время Ноябрьской революции


Находящийся под сильным влиянием коммунистического анархизма анархо-синдикалистский Союз свободных рабочих Германии (ФАУД) отличался во время послевоенного революционного кризиса солидной критикой политических партий и государства. ФАУД распознал, что система советов не может принять форму правительства. Это был большой шаг вперёд по сравнению с идеологией партийного марксизма НСДПГ и КПГ, которая связывала систему советов с «рабочим государством». Как писал анархо-синдикалист Франц Барвих в 1920 г., «старые и недавно возникшие социал-демократические партии ведут себя более или менее „радикально“, но быстро исчерпывают себя, пытаясь набрать голоса такими лозунгами как „система советов, правительство советов, рабочие и солдатские советы и т. д.“ и взаимными оскорблениями без теоретического просвещения своих членов и указания им жизнеспособного пути. До сих пор все предложения этих государственных социалистов и коммунистов сводились к устранению только частного капитала в пользу государственного капитализма при сохранении системы прибыли и заработной платы». (Франц Барвих, Die Rätegesellschaft von unten auf! (Общество советов снизу!)

В отличие от позиции Мюзама в 1919 г. Барвих в 1920 г. больше не питал иллюзий по отношению к уже разбитой госкапиталистической Венгерской «советской» республике: «То, что государственный коммунизм является таким же враждебным по отношению к народу режимом, было доказано правительством советской Венгрии. Оно грозило рабочим Венгрии в случае попытки самостоятельной социализации смертной казнью. Точно также рабочим, отказавшимся участвовать в войне, угрожал расстрел по закону военного времени. Партийный коммунизм также принёс рабочим удлинение рабочего времени, поэтому никто даже пальцем не пошевельнул, когда этот режим рухнул». (Там же стр. 439)Collapse )

Баварская «советская» республика

В нашей двенадцатой статье о послевоенном революционном кризисе в Германии мы предлагаем вниманию читателя анализ событий в Баварской «советской» республике. Благодаря диалектическому пониманию истории и общества нам удалось показать, что так называемая «советская» республика вначале была просто демократической республикой, в которой советы могли влиять на формирования правительства. Впоследствии вторая «советская» республика хотя и начала борьбу против частнокапиталистической демократической реакции, но в лучшем случае она стала бы прообразом госкапиталистического режима наподобие режима Ленина и Троцкого в Советской России.



Красноармейцы после взятия центрального вокзала Мюнхена, 13 апреля 1919 г.


7 ноября 1918 г. в Мюнхене мощная антивоенная демонстрация под предводительством пацифистского политика от НСДПГ Курта Эйснера привела к свержению монархии в Баварии. Большинство солдат в Мюнхене были также вовлечены в Ноябрьскую революцию. Ночью того же дня были образованы рабочий и солдатский совет, которые назначили Эйснера временно исполняющим обязанности премьер-министра Баварии. Эйснер принадлежал к правому крылу НСДПГ и был не более чем левым демократом. Его целью была интеграция системы советов в парламентскую демократию, и его позицию можно охарактеризовать как находящуюся где-то между революцией и контрреволюцией. Революция преследовала цель установления системы советов, и более или менее революционные силы стремились к разрушению парламентской демократии в пользу чистой системы советов. В Мюнхене КПГ и коммунистические анархисты и анархистки вокруг Курта Ландауэра и Эриха Мюзама принадлежали к субъективно революционным силам. Последний, как и почти все революционеры и революционерки того времени, имел иллюзии в отношении госкапиталистического большевизма и, не будучи членом партии, тесно сотрудничал с мюнхенским отделением КПГ. Коммунистический анархизм в лице Революционного рабочего совета (РРС) также создал свою собственную организацию в Мюнхене.

Контрреволюция в Баварии, как и во всей империи, представляла из себя блок демократических и постмонархических предфашистских сил. Ведущей силой демократического крыла баварской контрреволюции была СДПГ-большинства под руководством Эрхарда Ауэра, которая вместе с НСДПГ Курта Эйснера сформировала временное правительство. Как мы уже ранее замечали, правое крыло НСДПГ, включая самого Эйснера, являлось непоследовательной силой демократической контрреволюции. Эйснер выступал за установление парламентской системы, в которую должна была быть интегрирована система советов. Однако СДПГ-большинства как наиболее последовательная контрреволюционная сила стремилась разрушить систему советов. Этот план подразумевал разложение советов изнутри со стороны членов СДПГ-большинства, посредством по возможности скорых парламентских выборов должна была быть стабилизирована реакционная демократии в Баварии, а системе советов нанесён смертельный удар. В конце концов НСДПГ и СДПГ-большинства договорились назначить дату выборов в земельный парламент Баварии - ландтаг - на 13 января 1919 г.Collapse )

Система советов Гамбурга

В девятой статье о революционном послевоенном кризисе в Германии изложен наш рассказ о рабочем и солдатском совете Гамбурга. В статье присутствует короткий рассказ о событиях во время революционного кризиса в Гамбурге и критика национал-большевистской идеологии и практики верхушки гамбургского рабочего совета.



Демонстрация в день похорон погибших революционеров. Площадь Хайлигенгейстфельд, Гамбург, 24 ноября 1918 г.


Как мы уже писали в нашей статье Мировой исторический период 1914-1945 гг., идеологией обоих ведущих гамбургских «коммунистов» Генриха Лауффенберга и Фрица Вольфхайма ещё во время Первой мировой войны была гремучая смесь национал-большевизма. Поскольку Лауффенберг стал верховным представителем системы советов в Гамбурге, в течение некоторого времени идеология национал-большевизма также определяла практику рабочих советов в Гамбурге, хотя активно они стали её защищать после второй половины 1919 г.

Поэтому мы бы хотели кратко изложить и подвергнуть критике идеологическое содержание национал-большевизма. Лауффенберг и Вольфхайм выступали за построение в Германии государства на основе «диктатуры пролетариата», этим они не очень отличались от других радикальных марксистов и марксисток Германии того периода. Однако их национал-большевистская идеология исключала даже создание госкапиталистического режима по примеру Советской России при Ленине и Троцком. «Диктатура пролетариата» изначально предназначалась только для контроля над буржуазией, а не для лишения её власти. Таким образом, идеология «диктатуры пролетариата» обоих гамбургских нацболов не была даже госкапиталистической, а основывалась на активном вмешательстве государства в политику и экономику, т.е. госинтервенционистской. Лауффенберг и Вольфхайм хотели любой ценой предотвратить гражданскую войну в стране, чтобы Германия смогла на стороне Советской России вести «национально-революционную» войну против Антанты, против Франции и Англии. Для этой цели согласно идеологии национал-большевиков было необходимо заключить мировую с буржуазией под контролем «диктатуры пролетариата». «В тот момент, когда речь заходит о войне с зарубежными странами, именно правящий класс, рабочий класс крайне заинтересованы в мире внутри страны. И при условии, что буржуазия безоговорочно признает захват власти пролетариатом, диктатура пролетариата была бы не менее заинтересована в установлении революционного мира во время войны.»(Kommunistische Arbeiterzeitung (Hamburg) (Коммунистическая рабочая газета (Гамбург)) 1919 г. № 173.)Collapse )

Москва против «левых радикалов»

Во второй статье о «Коммунистическом» интернационале мы бы хотели остановится на борьбе этой организации против пролетарских революционерок, революционеров и интеллигентов на Западе. На тот момент большевики, которые фактически контролировали Коминтерн пытались навязать радикальным силам на Западе участие в парламентаризме, работу в социально-реакционых профсоюзах и политику единого фронта с контрреволюционной социал-демократией.



Видные деятели «левого радикализма» (слева на право: Гортер, Паннекук, Рюле, Пфемферт)


Как мы уже в наших предыдущих статьях заметили, большевистский государственный переворот в октябре 1917 г. вначале опирался на иллюзии пролетарских масс. Точно также на первых порах многие субъективно революционные пролетарии и пролетарки на частнокапиталистическом Западе были союзниками большевиков и членами национальных секций «Коммунистического» Интернационала. Однако политика Коминтерна была объективно социально-реакционной. Процесс радикализации социально-революционных интеллигентов, пролетарок, и пролетариев на Западе в течении времени должен был непременно привести к конфликтам с Москвой, этим самопровозглашённым центром «мировой революции».

Правление Коминтерна в Москве сделало из большевистской политики пример для подражания всех международных секций. В нашей статье Октябрьская революция - пролетарская революция или путч мелкобуржуазных радикалов? мы показали, что большевистская политика до установления госкапиталистического режима представляла собой смесь парламентского и профсоюзного социал-реформизма с тактикой государственного переворота на основе пролетарских и мелкокрестьянских иллюзий на начальной стадии. В большевистской политике не было и не могло было быть ничего революционного, т.к. социально-революционной может быть только упразднение политики. Однако большевистская политика была успешной для аппарата партии. Ему удалось захватить государственный аппарат и в конце концов слиться с ним воедино. Большевистская политика была успешной по причине слабости буржуазии, парламентаризма и мелкобуржуазной демократии, т.е. меньшевиков и эсеров.

Так, партия большевиков могла принимать участие в парламентских выборах и потом во время установления госкапиталистической диктатуры ликвидировать парламентскую демократию. До захвата власти им удалось заключить с меньшевиками и эсерами «тактический единый фронт» против Корнилова – и потом после окончания Гражданской войны запретить деятельность обоих партий.Collapse )

«Коммунистический» интернационал против мирового пролетариата

Мы продолжаем серию публикаций, приуроченных к 100-летней годовщине начала русской революции. Сегодня мы хотели бы рассказать об основании большевиками и зарубежными «Коммунистическими» партиями в 1919 г. 3-го «Коммунистического» интернационала. В первой статье нам удалось показать, что политика Коминтерна с первого дня своего основания носила социально-реакционный характер, учитывая поставленные цели, была абсолютно утопической и направлена на защиту интересов советского империализма.



Президиум заседания 1-го конгресса Коммунистического интернационала. 2 - 6 марта 1919 г.


Ленин и Троцкий идеологизировали Октябрьскую революцию как начало мировой революции. Однако она однозначно не была ею. На сегодняшний день после всего исторического опыта глобальная социальная революция может состоять только из непрерывной череды разрушений национальных государств. Так, каким же образом становление и формирование Советской России как госкапиталистической нации могло быть частью мировой революции?! Объективно Советская Россия всегда была частью всемирного капитала и, соответственно, врагом мирового пролетариата – независимо от внутрикапиталистической грызни между всемирной буржуазией и госкапиталистической бюрократией Советской России. Таким образом, ориентация Ленина и Троцкого на мировую революцию носила полностью идеологический и социально-демагогический характер, а именно, была самообманом и обманом мирового пролетариата.

«Коммунистический» интернационал как часть глобальной социальной реакции

Социально-демагогическая мания величия Российской «коммунистической» партии (большевиков) привела к тому, что она возомнила, что она является авангардом не только российского пролетариата, но и всего мирового. Результатом этого стало основание 2 марта 1919 г., в Москве «Коммунистического» Интернационала (Коминтерн, 3-й Интернационал). Этот Интернационал состоял из новоиспечённых «Коммунистических» партий разных стран, которые были радикальными отщеплениями от социал-демократии. Российская «коммунистическая» партия (большевиков) с самого начала была господствующим ядром этого Интернационала. На тот момент Р«К»П (б) уже была политической организацией, которая организовывала госкапиталистическую эксплуатацию российского пролетариата, и вместе с этим являлась частью глобальной капиталистической контрреволюции. Как мог Интернационал, в котором эта партия играла главенствующую роль, не быть контрреволюционным?! Таким образом, «Коммунистический» Интернационал с самого начала был частью глобальной социальной реакции.Collapse )

Кронштадт и упадок партийного марксизма

В нашей заключительной статье о классовой борьбе в Советской России 1917-1921 гг. мы предлагаем вашему вниманию продолжение рассказа о героической борьбе кронштадтцев против госкапиталистического большевизма и условиях, при которых эта борьба происходила. В статье также приводится критика широко распространённых в марксистской среде мелкобуржуазных понятий «рабочее государство» и «рабочая демократия». Во второй части на примере воспоминаний Виктора Сержа мы проанализировали оппортунистическое поведение левых большевиков во время восстания, а также окончательную трансформацию большевизма от мелкобуржуазно-радикального течения к госкапиталистическо-реакционному.



Матросы Кронштадта в 1921 году


В наших предыдущих статьях мы охарактеризовали советы образца второй русской революции как смешанную форму, состоящую из органов классовой борьбы пролетариата и мелкобуржуазной «рабочей демократии». Кронштадтское восстание объективно частично воспроизводило мелкобуржуазную демократию советов до октябрьского переворота. Однако советы на тот момент были мелкобуржуазным дополнением крупнобуржуазной демократии. Требования свободы действия для мелкобуржуазно-демократических партий меньшевиков и эсеров объективно не отражали интересы российского пролетариата. Также участникам Кронштадтского восстания не хватало основательного антиполитического сознания.

Однако эта критика мелкобуржуазной «рабочей демократии» и её тенденциальное воспроизводство со стороны матросов Кронштадта не мешает нам встать на их защиту от всей клеветы, распространяемой представителями партийного марксизма. Все эти троцкисты и троцкистки, которые оправдывают госкапиталистическое подавление Кронштадтского восстания как «трагическую необходимость», но с другой стороны восхваляют восстания в госкапиталистических странах (ГДР 1953 г., Венгрия 1956 г., Польша 1956 г., 1970, 1976 и 1980 гг.) как «начало политической революции против сталинизма» при том, что во всех перечисленных рабочих восстаниях пролетарии и пролетарки субъективно питали намного больше иллюзий по отношению к «рыночной экономики и демократии», по своей сути являются жалкими центристами, которые беспомощно колеблются между госкапиталистической и частнокапиталистической контрреволюцией. Их защита «рабочего государства» была и остаётся госкапиталистической и реакционной, а их выступление за «рабочую демократию» усиливает частнокапиталистические и демократические иллюзии среди рабочего класса. Дамы и господа троцкисты являются выражением контрреволюционного характера партийного марксизма.Collapse )


Возникновение и развитие капитализма в царской России
Социал-демократия, марксизм и анархизм до и во время русской революции
Февральская революция часть 1
Февральская революция часть 2
Апрельский кризис, фабзавкомы, большевизм и матросы Кронштадта
Июльское восстание, путч Корнилова и крестьянская война
Октябрьская революция - пролетарская революция или путч мелкобуржуазных радикалов?
Госкапиталистическая реакция против пролетарской самоорганизации часть 1
Госкапиталистическая реакция против пролетарской самоорганизации часть 2
Кронштадтское восстание – «Вся власть советам, а не партиям!»

Октябрьская революция - пролетарская революция или путч мелкобуржуазных радикалов?

В продолжении серии статей под общим названием «Классовая борьба в Советской России (1917-1921)» мы представляем наш социально-революционный анализ октябрьских событий 1917 г. В статье мы подвергли критике тактику большевиков в деле захвата политической государственной власти и создании мифа о «рабочем пролетарском государстве» и его прогрессивности. Также нам удалось показать, что посредством захвата власти большевистский режим стал самой сильной стороной в конфликте между буржуазией, пролетариатом и государством и был единственным капиталистическим решением кризиса российского государства.



Участники штурма Зимнего дворца в ночь на 25 октября 1917 года.


После провалившегося Корниловского мятежа буржуазия и мелкобуржуазно-демократический Исполком советов договорились о том, что Керенский дальше будет возглавлять Временное правительство. Однако это могло быть только краткосрочным решением, т.к. этот режим и вместе с ним вся политическая власть буржуазии безнадёжно устарела. Мелкобуржуазное правление советов в лице меньшевиков и эсеров всё больше теряли доверие пролетариата и вместе с этим какое-либо значение для русской буржуазии. Эти мелкобуржуазные демократы хотели действуя на стороне буржуазии стать крупнобуржуазным течением, однако из-за слабости русского частного капитала, меньшевики и эсеры вместе с последними были сметены госкапиталистическим большевизмом.

После провалившегося Корниловского мятежа пролетарский базис меньшевиков и эсеров стал всё больше переходить на сторону большевиков. Большевики политически и идеологически контролировали большинство субъективно революционного пролетариата. Хотя меньшевики и эсеры всё ещё контролировали Всероссийский Исполком советов, но всё больше местных советов переходили в руки большевиков. В начале сентября большевистским политикам также удалось захватить власть в местных советах Петрограда и Москвы. Председателем Петроградского совета становится большевистский политик Троцкий, который был выпущен из «Крестов» под залог в 3 тысячи рублей. Мелкобуржуазно-демократические политики из числа меньшевиков и эсеров пытались всячески воспрепятствовать планам созыва Всероссийского съезда Советов рабочих и солдатских депутатов, т.к. на нём им угрожала потеря всей власти. Начиная с этого момента большевистский лозунг «Вся власть советам!» объективно означал: вся власть большевистским советам или большевистским политикам внутри советов. После некоторых задержек старым меньшевистским и эсеровским правлением на 25 октября 1917 г. была назначена дата проведения II Всероссийского съезда Совета рабочих и солдатских депутатов.Collapse )

Апрельский кризис, фабзавкомы, большевизм и матросы Кронштадта

В продолжении серии статей о классовой борьбе в Советской России (1917-1921) мы предлагаем вам наш подробный анализ апрельских событий 1917 г. Также в статье проводится экскурс в историю возникновения и становления Фабричных и заводских комитетов как непосредственных органов революции. Кроме этого, мы подвергли резкой критике тактику большевиков в подготовке захвата власти, попытались представить как бы действовали в той ситуации сегодняшние социальные революционеры и революционерки, а также останавились на действиях Кронштадтского совета и матросов Кронштадта в той ситуации.



Участники 1-ой Всероссийской конференции фабрично-заводских комитетов. 12—16 июня 1917 г. Петроград.


Март 1917 г., Россия. Официально страной правит Временное правительство, которое практически не имеет доверия у субъективно революционного пролетариата. Наряду с такими крупнобуржуазными институтами власти, как правительство со своими комиссарами и дума в стране, существуют советы, которые являлись смешанной формой мелкобуржуазной демократии и органов классовой борьбы пролетариата. Мелкобуржуазно-демократическое правление советов, состоявшее из меньшевистских и эсеровских профессиональных политиков, более или менее вынудило либеральную буржуазию и её политический персонал взять власть в свои руки и занять министерские посты. Таким образом, крупнобуржуазное Временное правительство не имело никакой другой опоры в обществе кроме советов и её мелкобуржуазно-демократического правления к которому питали демократические иллюзии большинство пролетариев и пролетарок в стране. Слабая русская буржуазия до Февральской революции находилась в тени царизма, сейчас она попала под сильное давление пролетарских, крестьянских и солдатских масс.

Временное правительство и мелкобуржуазно-демократическое правление советов продолжило империалистическую войну на стороне Франции и Англии. Взбунтовавшиеся солдаты во время Февральской революции в марте должны были опять подчиниться своим офицерам, которые в большинстве своём были ярыми противниками Февральской революции. Однако Временное правительство хотело контролировать бывших царских офицеров через своих комиссаров. Кроме того, в вооружённых силах появились армейские комитеты, в которых солдаты в большинстве своём выходцы из крестьян избирали представителей «крестьянской» партии эсеров. Т.е. в армии также было двоевластие. Верховное командование армии, пытаясь ввести представителей офицерского состава в солдатские комитеты, пыталось установить контроль над ними.Collapse )

Социал-демократия, марксизм и анархизм до и во время русской революции

Мы продолжаем серию статей под общим названием «Классовая борьба в Советской России (1917-1921)» и сегодня хотели бы подробно остановиться на политике как инструменте присвоения прибавочной стоимости произведённой пролетариатом. В статье также приводится подробный анализ возникновения и становления социал-демократического течения и последующего развития из него марксизма. Помимо этого, мы попытались на примере русской революции провести анализ революционных и реакционных тенденций анархизма и, в частности, проанализировать деятельность пролетарского активиста Петра Аршинова до и во время революции.



(Бернштейн, Каутский, Ленин, Троцкий, Махно и Аршинов)


Первая мировая империалистическая война привела к усилению кризиса царского государства, и в феврале 1917 г. в России сложилась революционная ситуация. Старая царская Россия не доросла до уровня глобальной конкуренции между национальными государствами, т.к. ей не удалось в преддверии империалистической бойни совершить капиталистическую модернизацию. Царизм был не в состоянии разрешить этот кризис и поэтому должен был уйти с исторической арены! Но какая сила могла сместить прогнивший царский режим? Русская буржуазия или российский пролетариат и крестьянство?

Объективное обострение пролетарской классовой борьбы в канун Февральской революции как результат кризиса российского государства тогдашним социал-демократическим партийным марксизмом в России понималось и отображалось только в идеологически искажённом виде. Несмотря на свои частично революционные фразы международная социал-демократия оставалась не пролетарско-революционным, а мелкобуржуазным течением. Её организация в форме партий воспроизводила буржуазную политику в рамках государства и гражданского общества, т.к. политические партии являются инструментом управления капитализма, но никак не его революционного упразднения.Collapse )

Империалистическая война – радикальная классовая борьба сверху

Во второй статье нашего текста «Политическая классовая борьба сверху» мы бы хотели подробно проанализировать сотрудничество и конкурентную борьбу отдельных национальных капиталов. Мы также подробно остановились на том, как происходит геополитическое и геостратегическое разделение сфер влияния в мире. В частности, мы рассмотрели возникновение и развитие империалистических конфликтов на Украине, в Крыму, Сирии, Йемене и, конечно, в Рожаве.


Разрушения в городе Дейр-Эззор в Сирии


Всемирный капитал существует только в виде сотрудничества и конкуренции отдельных национальных капиталов. Национальные капиталы образуют местный общий капитал на территории отдельного национального государства. Т.е. именно государства формируют местный общий капитал в национальный капитал и представляют его в конкурентной борьбе на международной арене. В этом представительстве по отношению к иностранным конкурентам национальное государство играет роль всеобщего совокупного капиталиста и аппарата насилия местной национальной буржуазии. Международная конкурентная борьба между национальными государствами и национальными капиталами ведётся за источники сырья, рынки сбыта, инвестиционные площадки, а также ради геополитических и геостратегических позиций. Эта борьба ведётся экономическими, дипломатическими, идеологическими и военными методами, и всегда за счёт пролетариата. Мировой пролетариат производит богатства наций, и при этом его выжимают как лимон. Повсеместно в мире пролетарии и пролетарки умирают от голода, холода, «в принципе» излечимых болезней, от «несчастных случаев на производстве» и от войн, которые ведут между собой различные политико-идеологические и национальные фракции глобального капитала.

Экономическое сотрудничество и конкуренция между национальными капиталами происходит на мировом рынке и состоит из международного экспорта и импорта товаров и капиталов. Классические империалистические отношения между развитой капиталистической страной и развивающейся состоят в том, что первая, в первую очередь, экспортирует промышленные товары, а импортирует сельскохозяйственные продукцию и сырье, в то время как последняя делает совсем наоборот. Экономически империалистическая нация экспортирует больше товаров и капитала, чем импортирует. Когда немецкий автогигант «Фольксваген» между делом строит заводы в США и Китае, то это является примером экспорта продуктивного капитала. Развивающиеся страны таким образом пытаются модернизировать свою экономику, а именно они организуют страну и людей для импорта капитала, т.е. делают свою нацию привлекательной для потребностей прибыли иностранного капитала. Правящие политики этих государств рекламируют перед другими национальными капиталами, насколько прилежными и дешёвыми являются их рабочие и работницы внутри страны. Одновременно с этим страны, которые импортируют продуктивный капитал, пытаются связать этот импорт капитала с переводом новых технологий и современных методов управления производством к себе в страну. Если это удаётся, как это было в случае Китая, то приходится говорить о навёрстанной капиталистической модернизации. Тем временем Китай сам перешёл к экспорту капитала, и его отношения с многими странами Азии, Африки и Латинской Америки являются классическим примером отношений между индустриальной страной и развивающимися странами: Китай экспортирует в основном промышленные товары и импортирует сельскохозяйственные продукты и сырьё. Начиная с 1979 г. Китай «между делом» произвёл трансформацию от государственного капитализма к частнособственническому капитализму. Эта успешная капиталистическая модернизация произошла, разумеется, полностью на костях китайского пролетариата.Collapse )